Интервью с иеромонахом Иоасафом (Тандибилангом), выпускником БПДС, клириком Белгородской и Старооскольской епархии

Вопрос: Отец Иосаф, мы знаем, что в Индонезии очень сложная обстановка для православных. У Вас есть помощники, те, кто Вам могут оказать поддержку?

Ответ: Там есть несколько русских, которые приходят в Церковь, помогают Церкви. Покупают необходимые храму свечи, кагор. Жить можно. Я работаю один, мне приходится окормлять несколько островов. Наши прихожане живут в Джакарте, Суровайе и на Бали. Есть еще один остров, где живут всего двое православных. Но это тоже для меня важно. Им также, как и остальным необходимо причастие, исповедь.

Вы хорошо говорите по- русски. Трудно Вам было учиться, когда не знали языка?

Конечно. Очень было трудно. Когда я  приехал в Россию, знал всего лишь несколько русских букв. Моя преподаватель русского – очень хороший человек, очень хороший. Но она говорила только на русском и немецком. Немецкий я не знаю, знаю только английский. Но Бог помогает мне! Через год я понимал, о чем говорили мои преподаватели.

Как Ваши родители отнеслись к тому, что Вы ушли из ислама?

Когда я уезжал в Россию, мне говорили, что я сошел с ума. «Можно было работать в Индонезии, жить нормальной жизнью. А что ты будешь делать там?» - спрашивали меня. Я отвечал, что это очень важно для меня. Я поговорил со своей невестой, сказал: «Прости меня, может, я очень долго буду в России».

И она простила?

Да.  Я считаю, что миссионеру лучше быть монахом. Семья для него большая обуза. Например, я еду на другой остров в Индонезии, а она будет беспокоиться (смеется). Но и монаху-миссионеру тоже трудно, ведь монах должен жить в монастыре.

Я очень бедный человек. Я сказал, что хочу ехать в Россию, чтобы узнать о Православии. Я проучился в Белгороде полтора года, а потом Владыка Иоанн благословил мне рукополагаться в священный сан. После рукоположения я еще шесть месяцев проходил практику, только потом поехал домой. Начал свое служение в Индонезии 18 июня 2003 года.

Как вам удалось собрать людей, православных там ведь практически нет?

С 1983 года в Индонезии есть греческие православные (Константинопольский Патриархат - прим. М.К.) Я сам был греческим православным. Когда я еще учился в Белгороде, некоторые люди покинули греческие храмы. После моего приезда, услышав, что я стал священником,  пришли ко мне и изъявили желание, чтобы я стал совершать для них богослужения. «Хорошо, я тоже хочу служить у вас, но напишите письмо, что вы меня пригласили, - ответил я им, - чтобы не было неприятностей с греческими священнослужителями». Только после этого письма начал служить в домовом храме. 18 декабря 2003 года Индонезию посетил митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, познакомился с государственными деятелями, католическими и  исламскими лидерами. Он представил меня как миссионера, священника Русской Православной Церкви. С января 2004 года я стал служить в официальном статусе и власти знали, кто я такой.

Сколько человек сейчас в Ваших приходах?

С 2006 года нас довольно много. Ходят не всегда, ждут, когда построят храм. У нас пока его нет. Часто меняется место наших собраний, я арендую дом. «Мы очень устали молиться в разных местах», - говорят они. Многие люди не могут приходить каждое воскресенье, потому что живут далеко.

Какие сейчас у Вас отношения с исламом?

Проблема отношений христиан и мусульман была всегда. Сейчас с их стороны агрессии почти нет, не до этого. В нашей стране за последние три года произошло много природных катаклизмов: наводнения, цунами. Мусульмане пока концентрируют свое внимание на этих явлениях. Но все-таки имеют место прения между католиками и мусульманами. О Православии они пока почти не знают, так как православных в Индонезии  мало. Когда станет больше – эта проблема достигнет и нас. Мы молимся о том, чтобы как можно дольше не сталкиваться с ней.

Есть у вас случаи перехода в православие из ислама?

Да, конечно. В Суровайе уже четыре молодых семьи приняли православие. В первый раз, когда я встретил их, мы говорили с ними о религии. Я рассказывал им, с какими проблемами я встретился, будучи еще сам мусульманином. Задавал им вопросы, почему они являются мусульманами. Они мне отвечали, что это традиция. Я отвечал, что это не так. Если я верю, то знаю, что со мной будет потом, что религия делает со мной. Религия это не традиция. Религия это более важная вещь. Потом я им говорил: «Моя вера зовется православной». Они спрашивали: «А почему православная? Что такое православие? Кто такой Иисус Христос?». Дальше я с ними встречался еще несколько  раз, и они уже говорили: «Да, это правильно, о чем вы говорите». Ну а если правильно, то надо ведь узнать еще больше. Но я никогда не звал: «Пойдем, я окрещу тебя». Я не хочу говорить так. Вот когда эти люди уже знали о православии достаточно, то сами изъявляли желание креститься. Я их предупреждал: это событие полностью может изменить жизнь, повлиять на работу.  Дело в том, что в Индонезии опасно менять религию. Если ты принимаешь ислам, уходя из христианства – это очень хорошо. Но если наоборот, то очень плохо. Я как пастырь, их духовный отец помогаю им, даже материально, если у них есть проблемы с трудоустройством.

Сколько приходов у Вас на сегодняшний момент?

Пока только два, в Суровайе и Джакарте. Есть и на Бали, но я не могу назвать это приходом, потому что бываю там редко. Езжу при необходимости исповеди и причастия, совершаю все на дому.

Поездки вы совершаете один?

Один и это очень трудно.

Какое количество православных священников в Индонезии?

Из священников Русской Церкви я один. А в общей сложности около двадцати.

Как к Вам относятся представители других Православных Церквей?

Представители Константинополя и РПЦЗ говорят, что они первые православные в стране. Они говорят: «Мы уже много сделали, а ты здесь совсем недавно». У РПЦЗ в Суровайе всего два  священника, но ходит к ним пять-шесть человек, а у меня на приходе уже около сорока пяти человек, еще два человека в Суровайе ожидают крещения, один протестант, другой мусульманин. Там у меня есть ассистент-катехизатор, который довольно хорошо обучает людей.

Вы его сами обучали?

Да, я сам.

Вы  хотите, чтобы он прошел обучение в России?

Я очень хочу, но есть проблемы с получением визы. Уже три года я жду разрешения отправить двух человек. Один сказал, что ему надоело так долго ждать и он никуда не поедет.

Как люди в Вашей стране узнают о православной вере?

Индонезия многоконфессиональная. Если мы будем просто проповедовать словами, то они скажут, что и другие религии очень хорошо говорят о своей вере. Ты говоришь, что Христос это Бог и другие говорят о Боге. Нам, православным, нужно менять эту систему. Нужно показывать, как Православие меняет жизнь человека. И это я делаю. Я сказал молодой семье: «Пожалуйста, вводите православную традицию в вашу семью». Научил их кратким вечерним молитвам. Протестанты всей семьей встают на молитву и люди это видят. Вот и у нас - посмотрит мусульманин на православных и спросит: «Почему вы молитесь? Ведь только мусульмане делают так». -  «Нет, -  ответят они, -  и в православной традиции это есть. Хочешь узнать? Завтра приедет наш батюшка и побеседует с тобой». Во время обеденного перерыва они тоже читают молитвы, на «Господи помилуй» кладут земной поклон. И протестантов, и мусульман это заинтересовывает.  Я никогда не проповедую на улицах. Только через православные семьи. Потом люди будут смотреть  на них и рассказывать другим.

Какие вы чувства испытываете к России?

Когда я еду в Россию, то не хочу заезжать всего на два-три дня. Здесь, ко всему прочему,  я прохожу еще и практику, учусь богослужениям, традициям. Узнаю, правильно ли я всю делаю у себя в Индонезии. Поэтому приезжаю минимум на 15 дней.

В своей жизни чувствовали ли вы Бога, реальную Его помощь?

Будучи мусульманином, я будто бы пил из моря, пил и не мог утолить жажду. Мое сердце в исламе никогда не отдыхало. Но когда встретился с Православием, то понял, что ничего уже не нужно. Стал православным, и никакой другой веры уже не хотелось, только хотел больше узнать о Православии, как жили святые, ведь это пример для нашей жизни. Святые - это наставники.

Что  бы Вы пожелали напоследок читателям?

Чтобы задумались, куда они хотят после смерти? «Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь». (Ин. 5:17)

Спасибо!

 Вопросы задавали: выпускники БПДС 2010 г. Максим Кивелев и Владимир Тарасов  

Главное меню

Главные ссылки

    

  

Галерея

Миссионерский альбом
Семинарская жизнь

TEMPUS-TEMPLUM

Православный календарь:


Счетчик посещений сайта  от 0 час 00 мин ( за сутки):

Виджет Yandex

Белгородская семинария
Официальный сайт Белгородской Православной Духовной семинарии (с миссионерской направленностью)

БПДС на facebook

БПДС в контакте

 

Последние комментарии

  • Ето книга нужна для мисионерской работе в Болгария - Варна.

  •  острые вопросы и обсуждались проблемы современного образования. Надеемся, что руководство страны обратит на них внимание!

    Выражаем благодарность организаторам за высокий уровень проведения мероприятия!

    С уважением, преподаватели и студенты Воронежского государственного университета.

Вход в систему